"Страна вечного лета" Х. Райяниеми

Как десятой дорогой обойти сложный вопрос...

Что делать автору после трилогии о квантовом воре — этого карнавала старых литературных образов и технологических метафор? Где люди и суперкомпьютеры играли в догонялки на топологической шахматной доске?
Можно взять, и поменять набор масок, рассказывая о похожих проблемах.
Райяниеми поступил именно так.
И перенес проблему разных субъектов — человек, получеловека и AI — из далекого будущего в 1938-й.
Понятно, что никаких разумных машин там быть не могло, и пришлось включать фэнтези.
Исходным допущением стала возможность поддерживать контакт с мертвецами.
Потом — давать им вселяться в живых.
Потом — создать параллельные государственные структуры (королева Виктория, некоторым образом, до сих пор старшая в семье, и есть «Летнее управление», британская разведка, где служат мертвецы).
Потом...
Райяниеми не первый, кто взялся за подобное фокусничанье, и можно воспоминать что Вербера с его «Танатонавтами», что шикарное анимэ «Империя мёртвых»
Но тут автор порылся в философских предпосылках к синтетическому сознанию — и откопал немного русского космизма, немного Тейяра де Шардена, немного тектологии Богданова.
То есть взялся не за привычного Лейбница с его идеальным языком, не за надоевшего Тьюринга, но решил исследовать прогресс через объединение живых существ. Души, а не программы. Человейники и симбиоты, а не заводы и механизмы. Ноосфера, а не глобальная сеть.

Богатая тема.
Мистика позволяет воплотить очень многое из технологических возможностей современности: мгновенная связь или удаленное присутствие, вариации хакерских поединков (они ближе к дуэлям). Страна вечного лета — это виртуальность. Венчает всё образ Вечно Живого (Владимира Ильича) — ставшего подобием бога в Союзе, причем бога, принимающего в себя для растворения все новые души, увеличивающего свою силу. Одушевленный Интернет :)
Только находится этот образ как бы на периферии лондонского сплетения событий — аж в Москве. Лишь редкие отголоски его деятельности достигают персонажей.
Куда больше внимания автор уделил проблемам оппонирующего «красному монизму» привычного британского индивидуализма /прошу прощения за -измы/.
Каждый человек переживает в своей жизни периоды бесцельности и одиночества. Увлечения окружающих кажутся ему глупостью. Или - грехом. Или - унижением. Жажда денег, власти, или престижа - они больше не интересны. В попытке найти себя он желает странного, и тут приходят агенты Вечно Живого начинает ставить цели, неожиданные для его старых знакомых.
Это может закончиться экзотическим хобби, или государственной изменой, или добровольным участием в войне, от которой бежал все эти годы. Автор показывает все варианты. И если общество сохраняет в себе хоть что-то здоровое — можно преодолеть кризис через служение ему. Обрести смысл жизни не через растворение и отказ от индивидуальности — но через совместное делание. Найти своё место в служебной пирамиде, сохранить семью, завести друзей...
Как герои приходят к этому — основная интрига романа. И она очень хорошо переплетена с детективной линией сюжета. Биографиями шпионов, внезапной переменой ролей и снятием масок. Благодаря это связке получается динамичный шпионский детектив и немного боевик. Хорошо отражена та идеологическая война, что велась между Союзом и Британией - только в реальности советская научная фантастика противостояла британскому детективу (есть отличная лекция Переслегина на эту тему), а здесь красная ноосфера сражается с британским духом...

Все остальное, увы, сделано хуже.
Чувствует если не пренебрежение, то уж точно торопливость и временами небрежность.
Был в реальной истории перебежчик Калугин? Будет Кулагин.
В Испании 38-го действовали структуры Троцкого? Теперь это будет Сталин, которому не нашлось места рядом с Вечно Живым. Только уровень международных связей Сталина был куда ниже, и очень сложно представить его, возглавляющим транснациональный заговор.
Упоминается философия Тейяра де Шардена — но в 1938-м в реальной истории она была практически неизвестна. Он ведь был иезуит, которому орден запретил публиковать сочинения. Вышли во Франции после его смерти, прославили имя.
Люди бегут от жизни — потому что в Стране Вечного лета существовать легче и приятнее? А как государство 1910-1930 реагирует на то, что у него начинает деградировать медицина и в перспективе съежиться население?
Вечно живой может давать мгновенные ответы на чудовищно сложные вопросы? Легко работает с гигабайтами информации? А вы представляете, как улучшится государственное управление в Союзе? Насколько в других странах велик будет искус противопоставить «ихнему Барабашке нашего Барабашку». И как, например, в Индии, отнесутся к перспективам слияния душ? Можно ли сделать объединения поменьше — десятка на полтора душ — что-то вроде «двухпалатников» из «Эхопраксии» Уоттса? Как вообще существуют люди в стране под управлением «сверхинтеллекта»?

Эти вопросы не получают ответов. Райяаниеми аккуратно закрыл психологические арки основных персонажей и не стал возиться с детальной онтологией. Есть ощущение иного, странного мира? Да. Есть некая будущая угроза для Страны вечного лета, ради борьбы с которой Союзу и Британии придется сотрудничать (фашизм, кстати, не играет такой роли — в Испании Британия готова схлестнуться с Союзом)? Да. Возникает у персонажей ощущение будущего времени, жизнь не кончается с разгадкой шпионской истории? Тоже «да».
Ну и хватит, решил автор...

Итого: хлипкая восьмерка (из десяти).