beskarss217891 (beskarss217891) wrote,
beskarss217891
beskarss217891

Categories:

«Революция стоп-кадров» П. Уоттс

Тепловая смерть "Летучего голландца".

Что замечательно получается у Питера Уоттса — так это создавать новые образы космических кораблей.
Не дизельпанковских "звездных крейсеров" или вообще стимпанковских железных гробов.
Нет.
Он привносит в традицию фантастики новые открытия. Физика, биология, наномеханика, когнитивистика, генетика, астрономия, психология, археология и палеоклиматология.
Его можно сравнить с Нилом Стивенсоном или Дэвидом Марусеком.
Но — в узкой сфере.
Культурология, мифология, сплетение намеков и аллюзий постмодерна, герменевтика и пронизанные ризомами тексты политологов — в его текстах они глубоко вторичны.
Не эволюция старых сюжетов или персонажей, но эволюция возможностей науки, которая дает возможность разыграть старую драму по новым нотам.
Чем-то он напоминает Беляева — сколько-нибудь достоверные персонажи у него могут получиться, если он оставит живое общество людей где-то за дверью. А здесь и сейчас в деле будут странные существа, чудаки, фрики, одиночки или даже отморозки. Да хоть биотехнологические вампиры.
Проще "вести" вдоль сюжетной линии шизофреничку, чем придумывать мотивы из жизни нормальных людей будущего общества.
Потому лучшим фоном для его текстов становится космос.
А самый любимый персонажем — очередной корабль.
В этот раз — "Летучий голландец", который здесь и сейчас зовут "Эриофора".
Большой астероид, с пещерами и камерами, в которых вполне могут спать три тысячи человек. Где создаются и разрушаются экологические системы. Где вместо двигателя — крошечная черная дыра, куда падает и падает корабль, всей своей массой в миллион тонн разгоняясь до космических скоростей. Уровень техники повыше, чем в "Я, Хобо..." Жарковского.
И вот он подходит к очередной звезде, готовой схлопнуться и взорваться, превращаясь в заготовку для черной дыры. Он создает автоматы, которые создают новые автоматы и так до тех пор пока новая техножизнь не позволит проворачивать фокус с физикой — и открыть несколько врат. Порталов. Окон.
Которые откроют короткий путь с Земли и дадут кораблю шанс лететь дальше...
Если в предыдущих рассказах цикла Уоттс лишь крупными мазками набрасывал образы экипажа и функции корабля — то в "Революции стоп-кадров", довольно большой повести, всё показано в подробностях.

"Эриофора" существует как бы в на пересечении двух бесконечностей.
Простая — от вакуума до звездного ядра.
Сложная — от безжизненной космической пыли до технологической сингулярности.
Судно в пути уже семьдесят миллионов лет и закончится этот путь лишь с тепловой смертью вселенной. Люди на корабле — копии ксероксов отпечатков исходных людей. Они просыпаются у очередной звезды, несколько человек из трехтысячного экипажа — страхуют Шимпа, искусственный интеллект корабля, который не умнее обезьяны, но сообразительней и образованней человека. Потом снова засыпают. А в кристаллах хранятся данные об их телах и рассудках, которые иногда приходиться обновлять, впечатывать в уязвимую плоть.

Экипаж понятия не имеет, что теперь творится на Земле.
Когда открываются очередные врата — "Эриофора" проваливается в них так быстро, что не получается нормально общаться с "новыми землянами". Да и выходит из врат за спиной всякая агрессивная гадость, которую для краткости именуют "гремлинами". Или не выходит, и от этого еще страшнее.
Соратники Ермака, все едущие и едущие на восток, не знают, что в Москве теперь республика, а может уже и коммунизм или что там будет в следующей геологической эпохе?
Зачем так жить?
Да, экипаж таким вырастили. Отчаявшаяся Земля, которая разбазарила почти все свои ресурсы, увидела, как приближается иная жизнь. Инопланетное нечно все ближе к Солнечной системе. И в космос был послан корабль, который должен открыть дорогу к звездам. Люди на нем — как деревья-бонсаи. Весьма специализированные существа.
Да, их альтернатива — остановиться, начать колонизацию подходящей планеты и прожить пару сотен лет в "соломенных хижинах". А хочется идти вперед до скончания времен.
Или нет?

Повесть — история заговора. Часть экипажа против корабельного компьютера, Шимпа. Уоттс трудолюбиво конструирует варианты действия заговорщиков: как уйти от контроля, как передавать информацию, как выявить тот узел внутрикорабельной сети, в котором здесь и сейчас установлены программы Шимпа. План А и план Б, страховка и перестраховка.
И как всякая серьезная схватка, она частично проходит в воображении.
Протагонистка Санди — участвует в заговоре и одновременно сомневается в его необходимости. Она точно знает, что лидер заговорщиков убьет потенциальных предателей. Хорошо понимает, что выложить все Шимпу — обречь часть экипажа на гибель. Но даже если перерывы между очередными сходками продолжаются по сотне тысяч лет — выбор всё равно делать придётся.
Но в финале получается, что люди и корабельный компьютер — слишком привыкли дополнять друг друга. Симбиоз разумов не получается разорвать через различие в мечтах. Да и мечты эти не так уж различаются — ведь люди, выращенные в аквариумах следующих веков, в предельно урбанистическо-интернетовской среде — не чувствуют необходимости становиться на Землю двумя ногами. Роль звездных кочевников лучше всего удается тем, кто до того кочевал по сети...
Но это — лишь внешняя оболочка трагедии.

По идее "Эриофора" должна заселять Галактику.
Да, открытие врат — достаточно жесткий процесс, который серьезно перекраивает планетарные системы вокруг очередных звезд.
Но ведь не у каждой звезды они открывают врата! И не все планеты исчезают за кормой корабля.
Можно разбрасывать зонды с зародышами будущих экологических систем. Можно конструировать совершенно новые формы жизни — подходящие для газовых гигантов и окрестностей красных карликов. А на планеты, которые после терраформирования могут стать очередной Землей, можно отправлять капсулы со своими детьми или даже с клонами.
Пусть эти капсулы откроются через тысячу лет, когда от "Эриофоры" и след простынет. Или даже не откроются, но экипаж будет в это верить.
Да что там — если можно было выращивать и воспитывать новых детей на "Эриофоре", то вопрос с выбытием уставших членов экипажа решался бы архипросто. Они бы оставались на очередной "осемененной" планете.
Да и сам компьютер со своими виртуальными лабораториями за семьдесят миллионов лет ничего нового не открыл? Ни нового способа открывать червоточины, ни создавать новую жизнь?
Но этого нет. Хотя намеки на подобный вариант автор щедро рассыпал по тексту.
Так в чем же дело?

Звездолет может быть садом и может быть машиной. В саду достаточно внутренних противоречий, чтобы начать развиваться во что-то новое. Машина — в привычном понимании — жестко подчинена проекту, потому разрушится раньше, чем эволюционирует.
Садом "Эриофоры" были людские головы. Сомнения, ожидания, надежды, мечты, страхи. Из них могла начинаться новая цивилизация. И должна была — если позади лишь "гремлины". Но вот экипаж прорежен, а тот, кто хочет продолжать полет — тот уже не повернет назад, не остановится.
Проектировщики на Земле оказались слишком осторожны, а заговорщики — слишком радикальны. Энтропия восторжествовала.
Потому корабль, пережив внутренний кризис, упростившись, будет лететь дальше, открывая и открывая врата, в которых уже нет смысла.
До тепловой смерти Вселенной.

А кто сказал, что Уоттс — оптимист?
Tags: Литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Космопоезд, который сейчас во всей ленте :)

    Ребята зажгли. Отличная работа :) Правда, это лобовой подход к заимствованию эстетики "Вархаммера" Помню несколько лет назад были сняты…

  • Маловероятное допущение...

    В стране - зомби. Значимые территории изолированы и до сих пор не зачищены. После начала процесса - уже пару лет прошло. Социальная напряженность…

  • 43

    Жизнь продолжается.

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 3 comments