November 13th, 2014

Путем взаимного троллинга...

Звонят из Приват-банка, только что.

- Не хотите сделать у нас вклад? На депозит? У нас такие выгодные проценты...
- Проценты выше инфляции?
- Они высокие.
- Гривна потеряла половину стоимости...
- Ну хоть что-то у вас останется (еще добавили что-то про "приумножение").
- А вы можете гарантировать, что выдадите мне деньги по первому требованию?
- Конечно можем!
- То есть даже если государство запретит выдавать депозиты, как было, то вы плюнете на него и лично мне отдадите?
- Ну это было давно, в 2008-м году...
- А тогда была война?
- Нет.
- А сейчас есть?
- Да.
- Как закончится - перезвоните. Я подумаю...

П.С. К осторожности - мне не помешали бы деньги сами по себе :)

Описание небывалого общества

Оригинал взят у ivanov_petrov в Описание небывалого общества
А. Юрчак. Это было навсегда, пока не кончилось. Последнее советское поколение. М. НЛО. 2014.

Находить интересные книги не так легко. Косяком не ходят. Ни жанр, ни автор не гарантируют, где надо их искать. Остается фильтровать массу текстов в надежде, что все же встретится.

Давно не попадалось, и вот опять. Книга эта весьма оригинальна, хоть и не уверен, что будет интересна прямо каждому. По типу это научное исследование, а вовсе не популярная литература. Книга толстая, затянутая, с поясняющими примерами, разъяснениями. Конечно, ничего непревозмогаемого нет, все написано внятно, но все же длинно для "обычного" читателя.

Мой интерес был немного иной, нежели у автора. Автор - американский профессор, книга впервые опубликована на английском в 2008 г., основана на полевых наблюдениях 90-х и двухтысячных, на сборе дневников и проч. источников о бывш. СССР. (А потом сам автор перевел ее на русский, и там отдельные интересные страницы о том, как это непросто ему далось).

Автор строит свою тему так. Есть факт (как он считает и обосновывает), что СССР казался вечным, этот строй был рассчитан на мифическое время, даже Брежнев казался лично-бессмертным. И вот этот бессмертный, рассчитанный навсегда строй оказался страшно хрупким и распался в одночасье. И этому не удивились, оказалось, что все этого ждали и были к этому готовы. Как такое может быть? Толстая книга - постепенный ответ на этот вопрос. Это не экономика с разными мутномысленными рассуждениями о ценах на нефть, это не политология про то, что смены элит так и не произошло. Это - антропология. Автора интересуют нормальные советские люди, каких было большинство, то, как они воспринимали соввласть и как при ней жили. Это книга об обществе и людях, самых обычных, рядовых, тех, которых было много - и попытка сказать, как же они жили. Ответ: нормально.

И вот когда он начинает выстраивать свой ответ, у меня возникает интерес. Дело вот в чем. Автор говорит: имеющие хождение модели всего этого дела, жизни при СССР - никуда не годятся. Что диссидентские, что либеральные, что западные - они... Автор - профессионал, выражается ясно, но аккуратно. Он говорит, что они страдают бинарностью понятий, а ситуация иная. Говоря проще и без экивоков - идиотские модели. Надо другие. И - тут точка интереса. То, что было - это уникальный общественный организм. Благоглупости про тоталитарное общество и проч. не в кассу. Есть принятые формы описания обществ (современных, западных, незападных...). Они не годятся, выработанные для них понятийные системы не работают. Например, эти понятийные системы все время норовят описать ситуацию как противостояние и сопротивление - или сдачу и конформизм. Скажем, есть передовицы газет. Они лгут. Люди, значит, либо верят в ложь и покоряются, либо не верят и притворяются или сопротивляются. Автор говорит - ну не так же было.

А как было? Чем это говорить? И автор строит свой язык для описания социальной реальности. Вот в этом мой интерес. Дано (только что было) общество, для описания которого не подходят имеющиеся языки описания, нет терминологии, нет понятий. Автор пытается разработать язык описания, сказать о том, что никак не выговаривается. Попытка очень важная - судя по тому, как убого устроен сейчас язык политологии, экономики и прочих общественых наук, имеется множество обществ, которые они описать не в силах. И то общество, в котором мы сейчас - тоже не очень похоже на многое другое, и для него тоже используется недостаточный и неверный язык. Если вдуматься, о том, что есть сейчас, говорят по сути на языке политологии позапрошлого века, с небольшими кокетливыми добавлениями. А другого языка нет. Конечно, язык, созданный для описания СССР, не подойдет к сегодняшней России, но все же опыт построения языка для описания социальной реальности, которая не ловится в привычные понятия - это интересно.
Collapse )