October 27th, 2015

Идеология Галковского в рамках политического спектра Хазина

Иногда бывает достаточно немного снизить накал конспирологии - и вот уже не "теория заговора", а политический спектр (хотя слово "партия" все-таки зря употребляется).

Вот ссылка на очередное выступление Хазина: http://playreplay.net/video/25856.2de71755aed39bca694c5ed0148e

Кратко: указаны четыре идеологических направления, четыре модели-идеи-концепции, которые широко распространены в головах, и которые описывают модусы поведения для львиной доли элитариев:
- либерастическая: полное добровольное подчинение Западу на его условиях (пример - Каспаров). Сокращение территории, населения и армии не являются ограничителями  (тут можно добавить, что Украина пошла именно по пути вхождения в Европу хоть тушкой, хоть чучелком, что практически открытым текстом отражено даже в законах);
- конвергентная: войти в западную элиту на автономных правах (тут Хазин проводит прямую аналогию с Ордой - дескать, туда князья приходили "как есть" и о лишних подробностях их не спрашивали). Путин разделяет именно такой подход, потому как вменяемые советские аппаратчики думали так в 80-х, плюс - те либерасты, что малость обросли жирком и связями, тоже не хотят только башмаки западные целовать (Чубайс как пример дрейфа от чистых либерстов). Причем своих экономистов, которые бы выросли из рядов этой группы - там нет, приходится пользоваться либерастическими. Поскольку мировая элита комплектуется по родоплеменному принципу, а на расширение её денег в мире нет, то предложения Путина о дружбе воспринимаются односторонне (вы нам всё и даром). От таких сложностей он потихоньку прекращает договариваться и начинает ломиться в мировую элиту. Но и это не встречает понимания;
- сословная - сделать себе православную монархию с широкой автономией на местах, в которой чиновники миллиардерами становиться не смогут (это общий тренд в современной бюрократии), но высшая власть легитимизирует "пожалования", то есть выходное пособие и приложения к орденам - смогут сделать чиновника весьма богатым. Сторонники этих идей очень взбодрились после событий на Донбассе (Стрелков). Но, увы, такой подход не имеет шансов в современной цивилизации - технологии поддерживать надо;
- евразийская - построение собственной зоны разделения труда, идеологической рамкой которой будут традиционные ценности.
Соответственно, в условиях глобального кризиса экономический рост может дать только четвертая модель, если туда не пойти то начнется осложнение и т.п.

Комментарии:
Read more...Collapse )

М. Джон Гаррисон «Свет»

Автор играет с читателями в очень рискованную игру: сквозь весь текст тянется максимально занудная, беспорядочная, без надежды на легкую разгадку интрига, в которой слишком много незначительных и откровенно не эстетичных деталей – и она вдруг завершается буквально на нескольких страницах если не банальным, то очень простым пояснением.
Как будто автор просто застраховался от слишком громких криков разочарования тех читателей, которые не поняли основной сути романа.
А она – в демонстрации, как на подиуме, всей бессмысленности существования обывателя. Надоевшие развлечения и ненужные игрушки – вот мир горожанина. Даже самые глубинные, интимные трагедии – вроде растления дочери родным отцом, а героиня романа столкнулась именно с этим – уже многократно залапаны сюжетами масс-культуры. Каждый день надо просыпаться, идти работать или просто жить, и никакой виртуальный аттракцион не может избавить от мерзкого ощущения пустоты, которое укоренилось в сердце. Подобное ощущение бессмысленности дает сакраментальная строчка Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека». Оно является из сартровской «Тошноты», отдавая экзистенциальностью, будто запахом тухлой рыбы. Историк может напороться на него в романе Дж. Линдсея «Подземный гром» — молодой провинциал никак не может понять, что он делает в муравейнике Рима нероновских лет, и что делают люди вокруг. Живописец… Впрочем, каждый сможет вспомнить свои встречи с подобными произведениями.
Основные персонажи романа – наш современник и два пилота межзвездных кораблей — это детали замысла, шестеренки, которые думают найти мир, состоящий из подобных им шестеренок, а попадают в стандартный мотор интриги. По большей части неясно, чем они занимаются и каковы их ближайшие цели в жизни. Физик мало думает о физике и даже о промоушене своих открытий (да и открытия-то совершает на страницах книги скорее его напарник). Воспоминания об эротических видениях юности заботят его куда больше. А тут еще отношения с брошенной/подобранной женой и прошлое серийного маньяка. Пилот корабля мало ощущает себя человеком — её искалечили, когда сращивали с машиной. Ну а другой пилот не может понять, жить ему или снова нырнуть в виртуальность и тихо отдать концы, представляя себя детективом 50-х.
Вокруг них роятся порой не люди, но просто маски, которыми пользуется электроника ныне исчезнувших цивилизаций.
Казалось бы – ну что тут вообще хорошего?
Read more...Collapse )