April 26th, 2019

"Синдром отторжения"

Накачанный слезами и соплями рассказ.
Есть переделка известного анекдота.
Палач спрашивает у заключенного:
- Знаешь, как заинтриговать?
- Как? — спрашивает заключенный.
Палач отрубает ему один палец.
- Завтра скажу.
Увы, именно это и есть основная эмоциональная струна данного "романа".

Некий пациент-узник страдает в палате-камере. То свет слишком яркий, то темно, то тяжесть наваливается, то выворачивает наизнанку, то галлюцинации или не галлюцинации.
При том общение с ним осуществляется набором донельзя штампованных фраз, которые привычно слышать в фильмах от врачей, что совершенно потеряли контроль за ситуацией. Медицинские процедуры мало отличимы от пыток. Когда он пытается узнать, где он и что вообще происходит, ему повторяют одно и то же "Успокойтесь", и обещают что-то там сообщить в скором времени. А иногда не обещают.
Параллельно он вспоминает свою жизнь — учёба, роман, смерть матери. Мир, что пытается в будущем нарисовать автор, опоздал лет на тридцать. Вместо "социальных сетей" — используется слово "соцветия". Вместо "планшетов" и "мобильников" — такой же натужно выдуманный термин. Развлечения и мечты людей в этом мире кажутся воспоминаниями о космических стремлениях 1980-х годов. Текст вообще очень беден в смысле образов — разнообразия нет в принципе. Львиная доля космический кораблей отчего-то называется по мотивам древнегреческой мифологии (хотя посмотрите на любой современный флот — там есть несколько наборов имен). При этом довольно много заимствуется из сериала "Пространство" / "Экспансия" — только сепаратисты не в поясе астероидов или на Марсе, но на Венере.
Эти вот страдания с воспоминаниями занимают девяносто процентов текста.
Collapse )