beskarss217891 (beskarss217891) wrote,
beskarss217891
beskarss217891

Categories:

А. Лазарчук "Абориген"

КОРНИ НЕНАВИСТИ
30033
Любой  герой обязан иметь свою субъективную точку зрения. Если же он еще и жизнью рискует, ведёт борьбу и стремится к победе – герой будет пристрастен. К врагам по ту сторону прицела невозможно относиться слишком холодно.
Хороший роман раскрывает душу героя и ставит читателя по одну сторону баррикад, вооружает его презрением к другой стороне.
Очень хороший роман – содержит намёки и отсылки, по которым вдумчивый читатель сможет восстановить  целостную картину происходящего.
«Абориген» - из очень хороших.
Двадцать шестой век. Эстебан - одна из колоний Земли. На планете есть уникальная биосфера, которая позволяет добывать – прямо в дикой природе – «пыльцу». Уникальный подавитель аллергии – с ним любые имплантаты в организме могут существовать неограниченно долго. Планета, в идеале, должна быть богата, как нефтяной эмират.
В реальности, после ряда политических конфликтов, Земля буквально вбила местных аборигенов в «индустриальную эпоху». Запрещено громадное количество технологий. С орбиты ведется постоянное наблюдение. Люди вынуждены, рискуя жизнью, собирать «пыльцу», и продавать её, вообще-то, за гроши. Есть оккупационные полицейские структуры, не уступающая им по могуществу мафия – но всё это на поверхности планеты. Выход в космос – орбитальный лифт – недоступен.
Неизбежно возникает сопротивление. Герой - один из боевиков прошлой, проигранной вчистую войны. Носитель рациональной, осмысленной, взлелеянной ненависти к «землюкам». Его мотивация прозрачна и понятна.
Но попытаемся пройти по дорожке вдоль «блестящих камешков», которые оставил автор. Реконструировать историю планеты.
Итак: идёт быстрое развитие человечества, создаются колонии на ближайших солнечных системах. При этом все более тесное взаимодействие человека с компьютером, постепенная трансформация телесности. Но – есть проблемы. Аллергия на имплантаты.
И вот открывают планету Эстебан, продукт с которой позволяет решить основную проблему. Он так же ценен как в 30-х антибиотики, а сейчас – сыворотка от всех форм рака. Это «спайс» компьютерной эпохи.
Начинается бум – золотая, каучуковая и алмазная лихорадка в одном флаконе, бешеное освоение Эстебана.
Как это понять?
Во-первых – довольно многочисленное население планеты. После нескольких войн, неизбежной обратной волны миграции – оно всё равно исчисляется миллионами, растёт. Да, это население многонационально (автор не отказывает себе в удовольствии поиронизировать над этническими предрассудками), явно шло «с бору по сосенке», как и бывает при хаотическом заселении.
Во-вторых – упоминаются развалины роскошных домов, которые строились в опасных для жизни человека местах, и обладали замкнутой системой обеспечения. То есть управление «хозяйствующими субъектами» переводилось на планету. Герой говорит, что деньги в ту пору текли на Эстебан рекой.
Что случилось бы, идти все процессы естественным путем?
Население планеты росло бы неостановимо – климат там не везде калифорнийский, есть и местные «клондайки», но жить можно.
Так же неостановимо росло бы давление на экологическую систему: драконы, летающие твари крайне мерзкого нрава, первыми бы оказались в списке на уничтожение. Но от драконов критически зависит воспроизводство «пыльцы». Падение добычи антиаллергена, неизбежное вздутие цен, лихорадочные попытки «добрать остаточки», которые бы вели к полному уничтожению биологического цикла. Так было с черной икрой в 90-е на Каспии, когда хищническая добыча привела, фактически, к истреблению осетровых. Исчезновение пыльцы – страшный удар по человечеству, которое во все большем количестве потребляло бы продукт.
Какие  разумные меры могли быть приняты?
В первую голову – создание искусственного аналога «пыльцы». Но нет, не получалось. Год, другой, десятилетие, другое… И так две сотни лет. До самого конца «подмандатного» периода планета была единственным источником продукта.
Второй очередью – приручение драконов, создание ферм, налаживание нормального сельского хозяйства. Но драконы, твари такие,  не приручаются, в неволе не размножаются. И тем на корню душат все планы окультуривания промысла. Лишь ближе к финалу вскрывается сеть подпольных ферм, где заметны первые успехи в этом нелегком деле. И роботы для сбора пыльцы тоже не годились – живая культура образует что-то вроде роёв и атакует механизмы.
Третий способ – ограничить заселение планеты. Дескать, в Новый Уренгой, за длинным рублем – только по разнарядке. Здесь уже чисто человеческие трудности: слабая политическая система. В постоянно расширяющейся сфере  - контроль лучше к центру, а фронтир это всегда «вольный край». Миграцию ограничить не получилось.
Если невозможны решения рационально-управленческие, то земляне прибегли к  стихийно-закулисным.
Ведь по факту межпланетной федерации требовались десятки тысяч человеческих рук, которые бы собирали пыльцу в диких условиях, и не загрязняли биосферу сверх минимума.  Армия бортников, готовых рисковать жизнью. При том невозможно организовать вахтовые работы на планете – миграция бесконтрольна, да и людей там слишком много.
Выход – низвести население до уровня организации прошлых веков. Не просто лишить людей «айфонов» (хотя даже телевидение уничтожили). Но обеспечить деградацию человека в личностно-технологическом плане.
В книге неоднократно описываются «землюки» глазами местных жителей, можно сделать выводы о возможностях человека на базовых планетах:
- у землян новые формы семьи (причем семьи биологически полноценной, с собственными детьми и их воспитанием) / у местных всё сравнительно традиционно;
- принципиально новый уровень погружения в виртуальную реальность, иное ощущение телесности, иное отношение с машиной/ главный герой – Север – сильно модифицированный человек, при этом явно не дотягивает до землянина;
- развитие медицины и общение с машиной дает «что-то вроде бессмертия»/ местная медицина охарактеризована двумя яркими моментами – бессилие помочь в случае проблем с имплантатами и «работа вслепую» при внутренних кровотечениях.
Как организовать «низведение»?
Ну, не нам, жителям постсоветского пространства, задаваться такими вопросами. Лепится одна политическая партия, потом другая, подкармливаются радикалы, вот уже наметилась напряженность. Масса аборигенов уверена, что благодаря «пыльце» они будут как сыр в масле кататься. В ответ - всё возрастающее давление метрополии - угольки заботливой тушат бензином. И через несколько лет идёт полноценная война. Проводится черта между аборигенами и «землюками», которым уже не стать братьями...
Важно понимать – Земля обладала техническими возможностями истребить население вообще или обрушить его в каменный век. Устроить местное «сомали», оскотинить людей. Натравить друг на друга «европеоидные» и «монголоидные» острова. Но требовались поставки. С громадных территорий надо везти грузы в сотни килограммов весом, причем этот поток надо организовывать. И этот хорошо организованный поток не должен порождать технического прогресса.
Такие вот технологические ножницы.
Потому мы видим местных жителей, похожих на людей XIX-XX-го веков. Немного вестерна, немного беспредела, есть мафия, но чтутся обычаи. Государство номинально сохраняется, хотя его сторонятся все, кто может. Герой, завязав и подпольем, теперь работает школьным учителем. Инерция культуры позволяет жителям хуторков, деревень и райцентров сохранять достаточно высокий образовательный уровень, самоощущение этносов и даже нации. Торговля и элементы взаимопомощи – это причудливое сочетание  воскресшей архаики и не умершего модерна.
Используемая техника – не менее странное сочетание уцелевших артефактов,  редкой контрабанды, легального импорта (вся энергетика летательных аппаратов - земная), и местных товаров, которые пытаются выбраться из статуса ремесленных поделок в фабричные продукты. Хорошие инструменты, измерительные приборы, электроника – это всё из другой жизни.
Драконам и «пыльце» ничто не должно повредить. С контрабандой идёт постоянная борьба. Успех её переменчив, но результат неизменен: своей промышленности аборигены создать не могут, технический прогресс не запускается.
С точки зрения землян – социальная машина работает. «Фазенда» планетарных масштабов исправно поставляет продукт. Надо тянуть время, организовывать мелочный, выматывающий наблюдателей контроль с орбиты, и ждать, пока ученые нахимичат собственный «спайс». Потому мы и наблюдаем чрезвычайно странное сочетание – когда земляне готовы чуть не выжигать  перспективные технологии и организации, и равнодушно отступать от других, криминальных, вещей. На Земле по поводу «усмиренной» планеты явно разногласия – слишком уж явно при громадных возможностях техники миллионы людей загнаны «в бортничество». При первой возможности, при создании искусственных антиаллергенов – земляне уходят.
С точки зрения местного населения – ситуация с «пыльцой» и снабжением планеты выглядит патом, который «землюки» несправедливо обернули в свою пользу. Местная экономика, располагающая супердоходным товаром, задыхается и заведомо не может развиваться – потому местные «хозяйствующие субъекты» готовы вкладывать деньги в деятельность по освобождению. Раз за разом местное население готовится к восстанию, к партизанской войне, готово саботировать действия землян. Местные политические структуры, которые обладают хоть тенью управленческих возможностей – видят для себе перспективу именно в борьбе за независимость.
Кто же на этом фоне герой?
Супермен в отставке, он всю свою энергию направляет на созидание-против-Земли. Учит детей в ненависти, помогает обустраивать редких мигрантов с Земли, старается поддерживать вокруг справедливость, как её понимает.
Он солдат прошлой войны, которого не просто «забыли» взять на новую – его не посвятили в тайну приручения драконов. Он выпал из обоймы. А приручение драконов – ставит добычу пыльцы под куда более плотный контроль аборигенов. Потому начато буквальное истребление диких тварей. Новая война на пороге…
И тут земляне уходят.
Герой, как радикал, не желает замечать, что земляне уходят «чисто», слив собственные полицейские структуры «серых». Он просто удивляется. Не думает, что «землюки» могли признать государство китайцев – совершенно отдельным субъектом. А потом признать остальные территории, тоже отдельным субъектом. Но лет через пять. Разделив планету внутренними конфликтами на много десятилетий. Однако же для него совершенно естественно искать и находить союзников в других солнечных системах - земная федерация не монолитна.
Герой совершенно не воспринимает и то, что земляне не стали бороться с истреблением драконов. Последние месяцы перед снятием блокады, когда прошли все медицинские проверки и на Земле монтировались линии по производству антиаллергенов – местные готовились к войне. Истребление драконов невозможно было не заметить с орбиты. Учёт популяции летучих тварей – важнейшая задача контролёров. Позволили. Не дали по рукам. Хотя напоследок могли и показать власть. Создав предпосылки для разделения планеты.
И вот этому радикалу достаётся невероятный суперприз: освобождение родной планеты, и он в новом правительстве. Что дальше?
Север практически ничего не рассказал о событиях после «Великой-гонки-на-всем-что-угодно». Почему? Местные жители, потребляя все больше импортных продуктов, модифицируя свои тела и подтягивая собственную психику, начали становиться землюками.

2014
Tags: Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments